Вы приготовили ужин, позвали ребёнка к столу, а он отворачивается и отодвигает тарелку. После нескольких уговоров Вы начинаете раздражаться, хотя ещё минуту назад просто хотели его накормить. И где-то за этим раздражением появляется тревога, ведь непонятно, достаточно ли он ест и почему даже обычный ужин становится таким трудным.
Я предлагаю начать с того, что у отказа от еды могут быть разные причины. По одной нетронутой тарелке невозможно понять, что происходит с ребёнком, а привычное объяснение «он просто капризничает» слишком быстро закрывает возможность разобраться.
Сначала я обращаю внимание на физическое самочувствие и особенности самого питания. Ребёнку может быть больно глотать, его может беспокоить живот, поэтому при стойком отказе от еды нужна консультация педиатра. Иногда трудность связана с чувствительностью к текстуре или запаху. Например, кусочки в пюре могут вызывать настолько неприятные ощущения, что ребёнок действительно не способен продолжить есть. Бывает и страх подавиться после неприятного эпизода, который взрослые уже забыли.
Мне также важно понять, какое место еда занимает в отношениях ребёнка с родителями. В начале жизни кормление тесно связано с телесной близостью и опытом заботы. Поэтому вокруг еды могут возникать сильные чувства, и у родителей тоже. Когда Вы старались приготовить любимое блюдо, отказ иногда переживается почти как отвержение Вашей любви, хотя ребёнок вовсе не вкладывает в него такой смысл.
Представляю, Вы устали, переживаете за его здоровье и просите съесть хотя бы ещё ложку. Ребёнок отворачивается, Вы усиливаете уговоры, а он уже плачет при виде тарелки. В такой ситуации ваша тревога и сопротивление ребёнка могут поддерживать друг друга, и за столом постепенно становится трудно расслабиться.
Давление и принуждение способны усиливать трудности с едой.
В психоаналитическом понимании я рассматриваю отказ как возможное выражение потребности в самостоятельности. Иногда за ним словно слышится желание самому решать, что происходит с собственным телом. Но это предположение, которое нужно проверять в разговоре и наблюдении, ведь у каждого ребёнка своя история. Я бы не стала автоматически объяснять отказ протестом или делать вывод, что родители чрезмерно его контролируют.
Отдельного внимания заслуживает ситуация, когда подросток ограничивает питание из страха поправиться, начинает пропускать приёмы пищи и скрывать, сколько съел. Здесь нужно своевременно обратиться за профессиональной помощью, даже если внешне он пока не выглядит истощённым. Расстройства пищевого поведения нельзя оценивать только по внешности.
Если нужно изменить уже сегодня, попробуйте понаблюдать, в какие моменты ребёнку особенно трудно есть. Есть ли продукты, которые он принимает спокойно, и что меняется, когда Вы садитесь рядом? Предлагайте еду в предсказуемое время, небольшими порциями, оставляя возможность попросить добавку. При выраженной избирательности сохраняйте знакомую еду и знакомьте с новой без требования немедленно её попробовать.
Если ребёнок теряет вес или его рацион заметно сужается, откладывать консультацию врача не стоит. А выраженная вялость вместе с редким мочеиспусканием требует срочной медицинской оценки, особенно если ребёнок мало пьёт.
На психологической консультации я помогаю родителям исследовать, что происходит вокруг кормления и какие переживания возникают у каждого за столом. Вы можете обратиться, если устали от ежедневных уговоров и уже заранее тревожитесь перед ужином. Вместе мы будем искать способы поддержать ребёнка и вернуть Вам возможность быть рядом с ним без постоянной борьбы за каждую ложку.
